Синдром Клайнфельтера: краткий обзор и клинический пример

Синдром Клайнфельтера – генетическое заболевание, встречающееся только у мужчин и характеризующееся наличием в кариотипе одной или нескольких дополнительных Х-хромосом. Синдром впервые описан в 1942 г. Гарри Клайнфельтером и его аспирантами Е. Рейфенштейном и Ф. Албрайтом, а уже в 1959 г. были изучены генетические основы этого заболевания.

 Данная патология является одним из самых распространенных хромосомных заболеваний в мире с частотой встречаемости 1:500 – 1:600 новорожденных, что в 20 раз чаще средней популяционной частоты врожденной дисфункции коры надпочечников (1:10000 – 1:15000 новорожденных). По некоторым данным, одним из основных факторов риска возникновения синдрома Клайнфельтера является возраст матери.

Несмотря на высокую распространенность синдрома и наличие в современной медицине достаточно простых методик, способных подтвердить или исключить данную патологию (исследование кариотипа), есть основания предполагать, что примерно у половины больных на протяжении всей жизни этот синдром остается нераспознанным.  Это связано с несколькими основными причинами: во-первых, синдром Клайнфельтера обычно клинически проявляется лишь после периода полового созревания и поэтому диагностируется даже узкими специалистами (эндокринолог, уролог-андролог и др.) относительно поздно; во-вторых клиническая гетерогенность заболевания, а иногда и «стертость» его симптомов заставляет таких пациентов длительное время наблюдаться у детских и взрослых врачей различных специальностей уже с осложнениями, связанными с отсутствием заместительной терапии.

Чем же может проявляться данное состояние?

Ребенок с синдромом Клайнфельтера рождается с нормальными росто-весовыми показателями и правильной дифференцировкой наружных гениталий. В раннем возрасте такие дети обычно отстают в моторном развитии (позднее начинают держать головку, сидеть, стоять, ходить), имеют задержку речевого развития. Умственная отсталость умеренной степени, трудности установления контакта со сверстниками, нарушения поведения отмечаются у половины больных синдромом Клайнфельтера. В пубертатном периоде клиническая картина синдрома более отчетливая: такие пациенты отличаются высоким ростом, наличием так называемого евнухоидного типа телосложения, более чем в половине случаев выявляется двусторонняя гинекомастия. Что касается полового созревания, считается, что патогномоничным проявлением синдрома Клайнфельтера является наличие маленьких плотных яичек, размер которых не соответствует стадии пубертата, что практически не встречается при других формах гипогонадизма. Помимо этого, для таких пациентов характерен скудный рост волос на лице и в подмышечных впадинах, оволосение на лобке по женскому типу, а в ряде случаев – позднее наступление пубертата. В постпубертатном периоде наблюдается инволюция тестикул, сопровождающаяся потерей фертильности.

Синдрому Клайнфельтера также часто сопутствуют аномалии скелета (деформации грудной клетки, остеопороз), нарушения прикуса, врожденные пороки сердца и др. Характерно преобладание ваготонических реакций: брадикардии, акроцианоза, потливости ладоней и стоп. Больные с данным синдромом предрасположены к развитию таких сопутствующих заболеваний, как эпилепсия, сахарный диабет, ожирение, гипертоническая болезнь, психическим заболеваниям др.

Единственным методом подтверждающей диагностики синдрома Клайнфельтера является исследование кариотипа: около 80% случаев обусловлено увеличением числа Х-хромосом (47, ХХY), в остальных 20% случаев имеются различные формы мозаицизма (например, 46,ХY/46,XXY). Так как данное заболевание является одной из разновидностей так называемого первичного врожденного гипогонадизма, обусловленного дефицитом тестостерона в результате нарушения функции клеток Лейдига яичек, то в ходе гормонального исследования для таких пациентов будет характерно снижение уровня общего тестостерона и повышение так называемых тропных гормонов гипофиза (лютеинизирующий гормон – ЛГ и фолликулостимулирующий гормон – ФСГ). Методом лечения гипогонадизма является пожизненная заместительная терапия препаратами тестостерона, а также коррекция сопутствующих нарушений при их выявлении.

 

Клинический случай

Пациент И. наблюдался у эндокринолога в условиях Детской городской поликлиники г. Москвы с 14 до 18 лет.

Мальчик от нормально протекавшей беременности, самостоятельных родов в срок, при рождении рост 51 см, вес 3550 г, оценка состояния при рождении по шкале Апгар 8–9 баллов. Раннее развитие протекало без особенностей. На момент первого визита к эндокринологу (14 лет) на учете у специалистов по поводу хронических заболеваний не состоял. Мальчик обучался в обычной школе, хотя успеваемость, со слов родителей, всегда была низкая. Наследственность: у отца алиментарное ожирение без изменений углеводного обмена, у дедушки по линии отца сахарный диабет 2 типа с 40 лет на фоне избытка массы тела. Мать здорова. Рост отца 182 см, рост матери 165 см.

Со слов мамы, ребенок всегда был выше сверстников, с 13 лет появились жалобы на быструю утомляемость, мышечную слабость при выполнении физических упражнений и занятий спортом (мальчик занимался плаванием). В 2012 г. (в возрасте 13 лет) по поводу травмы коленного сустава в условиях стационара была проведена рентгеновская денситометрия, по результатам которой выявлено снижение Z-критерия минеральной плотности костной ткани до -1,7, что соответствовало остеопении. В октябре 2013 г. (14 лет) впервые обратили внимание на появление жажды без учащенного мочеиспускания. В домашних условиях (мать – медицинский работник) измеряли гликемию домашним глюкометром: колебания гликемии от 4,5 до 6,9 ммоль/л натощак. По результатам обследования в октябре 2013 г.: гликемия из вены 6,2 ммоль/л (норма до 6,1), гликированный гемоглобин 5,7% (норма до 6), инсулин натощак (ИРИ) 26,4 МЕд/л (повышен), С-пептид 1315 пмоль/л (258–1718), антитела к ICA, GAD отрицательные.

В связи с полученными результатами впервые обратились к эндокринологу в ноябре 2013 г. (14 лет). Антропометрия: рост 181,5 см (SDS = +1,03, норма), вес = 83 кг, SDS ИМТ = +1,34 (повышен), при осмотре обращали на себя внимание длинные конечности, высокая талия, избыточное количество подкожно-жировой клетчатки. Половое развитие: Таннер 5 (G4Р4), яички по 8 мл, в мошонке, плотноэластичной консистенции; рост волос на лобке по женскому типу, оволосение на теле и конечностях скудное. Остальные показатели в пределах возрастной нормы. Учитывая данные анамнеза (плохая успеваемость в школе), жалобы (утомляемость, мышечная слабость), клиническую картину (высокий рост, избыточный вес, евнухоидный тип телосложения, маленький размер яичек при стадии пубертата по Таннеру 4), был заподозрен синдром Клайнфельтера и рекомендовано дообследование.

 По результатам обследования был выявлен гипергонадотропный гипогонадизм: ЛГ 15,9 МЕ/л, ФСГ 54,32 МЕ/л, тестостерон 1,8 нг/мл (2,6–11). Кариотип 46, ХХY. В ходе орального глюкозотолерантного теста (ОГТТ) с 75 г глюкозы гликемия 0’ – 5,99 ммоль/л (норма до 6,1), гликемия 120’ – 6,76 ммоль/л (норма до 7,8), ИРИ 0’ – 39,27 МЕд/л (повышен), ИРИ 120’ – 219,76 МЕд/л (норма до 80–100); гликированный гемоглобин – 5,4% (норма до 6%); в биохимическом профиле крови кальций общий, кальций ионизированный, неорганический фосфор в пределах возрастной нормы; в гормональном профиле паратгормон – 24 (12–95). По результатам обследования установлен диагноз: синдром Клайнфельтера, кариотип 46 ХХY. Избыток массы тела (SDS ИМТ = +1,34). Гиперинсулинемия. Инсулинорезистентность. С февраля 2014 г. по настоящее время получает заместительную терапию препаратами тестостерона: стартовая доза Сустанон в/м по 0,5 мл 1 раз в 28 дней (на фоне проводимого лечения уровень общего тестостерона через 3 месяца лечения на 21 день от последней инъекции – 5,55 нмоль/л (5,13–27,53)); через 3 месяца после наращивания дозы до 1 мл 1 раз в 28 дней в гормональном профиле на 21 день от инъекции уровень общего тестостерона – 11,33 нмоль/л (5,13–27,53). Со слов мамы и самого пациента, на фоне проводимого лечения улучшилось самочувствие, исчезли мышечные боли, увеличилась толерантность к физическим нагрузкам. Пациент находился на учете у эндокринолога в условиях детской поликлиники до достижения возраста 18 лет (до апреля 2016 г.). До настоящего момента продолжает заместительную терапию Сустаноном в/м 1 мл 1 раз в 28 дней с контролем показателя общего тестостерона 1 раз в 6 месяцев (последнее исследование, февраль 2016 г.: 13,09 нмоль/л (5,13–27,53)), придерживается диетотерапии и контролирует уровень гликемии в домашних условиях. С учетом возраста пациента и внедрением в последние годы новых методов экстракорпорального оплодотворения с возможностью решения вопроса о получении потомства у пациентов с синдромом Клайнфельтера, планируется консультация уролога-андролога.

 

Заключение

Учитывая высокую распространенность синдрома Клайнфельтера в популяции мужчин и вариабельность клинической симптоматики, особенно в подростковом периоде, с этим заболеванием может столкнуться каждый специалист, а особенно врачи первичного амбулаторного звена – педиатры и подростковые врачи. Несмотря на то что верификация данной патологии не входит в компетенцию педиатра, сочетание у мальчика в подростковом возрасте таких симптомов, как высокорослость, двусторонняя гинекомастия, евнухоидный тип телосложения и маленький размер гонад, не соответствующий стадии полового созревания подростка, должно настораживать врачей и являться поводом для направления такого пациента к эндокринологу для исключения синдрома Клайнфельтера. Несомненно, ранняя диагностика синдрома и своевременная медикаментозная терапия имеющихся отклонений существенно повышают качество жизни таких пациентов и улучшают дальнейший прогноз заболевания.